Close

26.03.2017

«И начинается волшебство…». Интервью с Сергеем Малёнкиным

Творческому человеку постоянно не хватает времени. Новые идеи, проекты, планы – ох, не упустить бы что-то интересное!

Таков и наш герой. Он талантлив, свободен, энергичен, и, кажется, ему подвластно всё. Аж завидно.

Представляю – один из самых востребованных на нашей сцене музыкантов – Сергей Малёнкин, фронт-мэн фолк-бэнда «Колокол». Рожок, балалайка, другие народные инструменты в составе бэнда – это Малёнкин. Со своими коллегами по цеху он осторожно и бережно собирает ткань музыкального проекта, который претендует на звание самого удачного приобретения владимирской музыки за последние три года.

Наш разговор начался с моего вопроса: «На известных проектах федеральных каналов часто слышишь, что английский язык более всего годен для пения, так ли это?

 

Малёнкин: Пойми, это так брендируют английский язык. Как музыкант, заявляю: самый певучий язык – итальянский, а потом украинский. Но русский ни  в чём им не уступает — и по мелодике, и по фонетике, и по певучести. Просто мы забыли, как звучит настоящий русский язык. Ты пойми, культуру песенного русского языка практически «убили» с приходом пролетарской революционной эстетики. Полифонию русской песни ещё можно было услышать, когда бабушки собирались в деревнях и пели. Потом появились псевдо-фольклорные ансамбли. И вот только недавно мы все стали возвращаться к этому огромному пласту русской культуры

 

Корреспондент: А в нашей области возвращение к истокам происходит?

 

Малёнкин: Да. Я отчётливо слышу аутентичные произведения. «Радуница» мне очень нравится, «Владимирские рожечники», где я работаю, «Мурома»…  «Русь» Михаила Фирсова. А какие классные самодеятельные коллективы я слышу, когда катаюсь по Владимирской области! Это настоящие приобретения!

 

Корреспондент: Считаешь ли ты, что время экспедиций за фольклорным материалом упущено, или можно найти что-то невероятное?

 

Малёнкин: Конечно, можно и нужно искать! Я знаю молодых ребят, они ездят по области, находят интересные вещи. Хотя, казалось бы, всё перелопачено и оцифровано уже давно. Собирайся, поедем в сторону Мурома, найдем, обязательно. Приведу пример. Нашему руководителю ансамбля «Владимирские рожечники» Александру Лебедеву вручали в Москве правительственную премию «Душа России». Там мы повстречались с девочкой- сказительницей из Псковской области. Меня шокировала её история. Она рассказывала, что её бабушка до сих пор ходит в поле на работу и поёт старинные песни, у них и сейчас это принято в деревне. Народные обряды, связанные с посевом, посадкой сельхозкультур, у них ещё соблюдаются. И она там не концерт для туристов даёт, это её часть жизни, часть уклада. XXI век на дворе. А она ещё помнит эту культуру и живёт жизнью ушедших поколений!

 

Корреспондент: Ты считаешь, что эпоха глобализации не убьет в России её корневую систему?

 

Малёнкин: Да как можно убить природу? Значит, убить себя? Я не верю. Поклонение идолам современной масс-культуры не должно отбивать в человеке стремление остаться русским.

 

Корреспондент: Кстати, свои смелые рассуждения подтверди-ка своим образованием.

 

Малёнкин: Я закончил музыкальное училище во Владимире, потом Владимирский университет. Практиковался, между прочим, в Европе, в Уральском казачьем хоре (как это странно не звучит). Пел и играл на балалайке. Пение – залог успеха инструменталиста. Я это точно знаю.

 

Корреспондент: Ты с раннего возраста впитал в себя народную музыку?

 

Малёнкин: С рождения. Мама колыбельные мне посвящала. Бабушка моя всю жизнь пела, сказки рассказывала народные. Даже помню какие. Например, про ореховый прутик. У неё были всегда свои интерпретации. Я, как все дети, её просил мне много раз эту историю рассказывать.

 

Корреспондент: Знаю, мне это очень знакомо, сам сыну читал и пел тоже. Думаешь, вроде уснул. А он вдруг да скажет: «Пей, пей», то есть «Пой, пой»…

 

Малёнкин:  Точно! И ко всему прочему, меня, рано, в неполные в 6 лет, привели за ручку в ансамбль «Русские потешки». Я был очень маленький, неуправляемый  совершенно. Все организованы, играют, а я в сторонке, хулиганю и на балалайке тренькаю. Но они поняли – со мной бороться бесполезно. Научили, ведь! Спасибо им! Я брал в руки балалайку и подбирал мелодии на слух. Родители заметили, купили мне такой же инструмент и определили в музыкальную школу!

 

Корреспондент: Ты ведь в музыкальную школу в 10 лет пришел. Поздновато. Но ты догнал и перегнал своих сверстников, я надеюсь!

 

Малёнкин: Я закончил музыкальную школу, а потом мы с другом Ярославом Минаковым поступили в музучилище. Вместе дальше пошли – в наш Владимирский университет на бакалавриат.

 

Корреспондент: Какие проекты, в которых ты играл в то время, тебе дороги?

 

Малёнкин: Группа была такая — «Соль». Я отвечал за партии балалайки и свирели. Играл, между прочим, с Настей Волокитиной, великолепной джазовой вокалисткой (она теперь живёт и творит в Германии).

 

Корреспондент: Ну, а потом, появился «Колокол»!

 

Малёнкин: Что мне нравится в этой группе, так это соавторство! Здесь мы всё вместе делаем.

 

Корреспондент: Поясни, не понимаю.

 

Малёнкин: Смотри. Сначала берется тема, просто тема, от бабушек, без аккордов. Долго-долго играется. Потом пробуем, подходят ли слова. Затем начинается гармонизация этой мелодии. Составишь аккорды мелодии – несёшь в «Колокол». И начинается волшебство!!!  Олег Васильев дает ритмические рифы, Стас – сбивки, Дима Бугаков – советы. Все вместе создаём эту музыку. Потом долго «крутим», «поворачиваем». Главное, нарастить эмоцию. Ну а потом, как говорила Оксана, начинаем «впевать».

 

Корреспондент: Как это сложно! Ребёнка за этот срок родить можно.

 

Малёнкин: Это точно сказано. Сложность для меня – основа основ. Я ведь люблю, как музыкант, и симфоническую, и духовую, и рок-музыку. Те из моих коллег, кто остановился в жанре, для меня потерян. Как можно пропустить так много талантливых произведений! Учти, только импровизация может доказать состоятельность музыканта. Ты не по нотам сейчас играешь,  у тебя душа рвется, ты сейчас «пишешь» музыку, ты творишь на глазах у зрителей и слушателей.

 

Корреспондент: Словом, эксперимент – это твоё?

 

Малёнкин: Знаешь, сочетание инструментов в мировой музыке – это метод проб и ошибок. Это мой путь. Я этого не боюсь. Я это обожаю. Те сочетания, что сложились и канонизированы – результат этой бешеной работы вкуса и мозга. Я за это.

 

Корреспондент: Должен сказать, что, несмотря на популярность «Колокола», этот проект коммерческим ещё нельзя назвать.

 

Малёнкин: Меня, подчеркну, интересует совместная работа творческого характера. Мы ВСЕ сами себе начальники, у нас у всех есть право творческого голоса. Такой подход не для всякого коллектива годится. Представь, вторая домра в оркестре вдруг начинает давать советы главному дирижёру? Клеится картинка?

 

Корреспондент: Нет!

 

Малёнкин: А мы все эстетической планкой, вкусом, профессионализмом своим руководствуемся. Творим вместе! И это здорово! Нас никто не уволит, нас зритель, надеемся, потом поблагодарит.

 

Корреспондент: В вашем совместном творчестве, мне, прежде всего, нравится песня «ДОЖДЬ». Она очень «атмосферная», «скользкая». Просто по острой грани ступаете. Добиваете слуховым эффектом. У вас на сцене «дождь идет», «капли стучат»! Что за необыкновенный инструмент создаёт подобное ощущение?

 

Малёнкин: Этот инструмент «Палкой дождя» называется. Не нами изобретён, и редко используется. Мы гордимся, что его освоили.

 

Корреспондент: Главный вопрос: У «Колокола» есть свой «саунд»?  Все музыкальные группы стремятся его иметь. Скажем, «Queen», «ELO» и множеству других талантливых артистов удалось создать такую отличительную особенность.

 

Малёнкин: Такая «фишка» проявляется на студийном уровне. Наш пианист Стас Фёдоров, это точно, даёт необходимый компонент для «саунда».

 

Корреспондент: Тебя можно назвать эдаким «Гераклом» инструментальной музыки. А что ещё хотел бы «поднять» из инструментов?

 

Малёнкин: О, саксофон! У меня их два. Пытаюсь освоить. Знаю, что получится. Времени немного дай!

 

Корреспондент: Да сколько угодно! Ты ещё молод. У тебя всё впереди.

 

Малёнкин: Хочу ещё освоить балалайку-альт. Она на октаву ниже моей балалайки. И у неё очень бархатный, нежный, глубокий тембр. Он уникален. Неискушённые люди даже могут сравнить этот инструмент со средневековым.

 

Корреспондент: Какие творческие личности повлияли на твой музыкальный выбор? Назови своих гуру? Кто эти музыкальные авторитеты?

 

Малёнкин: Это исполнители, которых я заслушивал «до дыр». Прежде всего – Борис Базуров – настоящий «музыкальный космос» 1990-х годов. Импровизация и свобода – его черта. Музыка для интеллектуалов! Ещё один проект для восхищения – украинская акапельная команда «Man Sound». Из наших — Марина Капуро, Инна Желанная, трио «Меридиан», да всех не упомнишь! Ещё, конечно, не могу не вспомнить «Deep Forest».

 

Корреспондент: А «металл» любил?

 

Малёнкин: А как же! Ты даже не слышал эту потрясающую финскую группу – «Sonata Arctica»! И, не поверишь, люблю группу «Любэ». Они очень честные музыканты, любят мою Родину, как я её люблю. Они мою струну души затронули. Послушай их «Многая лета». Тебя проберёт до мурашек, как меня.

 

Корреспондент: Ты самолюбив? Фигурой всероссийского уровня стать желаешь?

 

Малёнкин: Было бы неправдой говорить, что  музыканты – люди не тщеславные. Мы не богачи, это точно. Зато, пусть позавидуют другие, мы получаем драйв, который даёт сцена.

 

Корреспондент: Но медийным лицом на российском уровне ты хочешь быть?

 

Малёнкин: И хочу, и буду!

 

Корреспондент: Удивлён, той ниточкой, «химией», что связывает «Колокол» и зрителей, как, например,  на последнем концерте в Камешково. Что вы творите? Какие средства «приворота» используете?

 

Малёнкин: Отвечу словами из спектакля Евгения Гришковца «Как я съел собаку»:  «Ты полюби палубу». В нашем случае – ты полюби, пожалуйста, зрителя, и зритель полюбит  тебя. Мы зрителя любим. И ниточка протягивается.

 

Корреспондент: У тебя очень музыкальная семья. Жена – красавица, певица. Двое сыновей. Младшему год, старший скоро в школу пойдёт. Ваня уже с тобой дуэтом пел. Чем вы любите заниматься, кроме музыки?

 

Малёнкин: Купаться люблю. Я воду обожаю. Море, река, бассейн – моя стихия. Детей тоже приучаю. Вообще, мне бы хотелось с Оксаной на велосипеде летом колесить. Столько драйва и новых впечатлений! Любим мультики всей семьёй смотреть. И вообще, мы любим быть вместе!!!

 

Корреспондент: Как всегда, вопрос о творческих планах «Колокола». Новая программа —  она не за горами?

 

Малёнкин: Да, ты прав, к осени готовим. На подходе новая песня из фольклорного сборника — «Ой, туды гора». Красивая, да такая, что, заканчивая репетировать её, мы с удовольствием выдыхаем — ух, сделали!  Там Стас играет волшебно. Сейчас репетируем песню Димы Бугакова «Иван Купала». Это его авторский проект. И музыка, и слова – его. Дима нам обещал ещё Пасхальную песню, она следующая в очереди. Он – талантливый автор. Надеюсь, все скоро оценят, и группу, и авторов наших композиций.

 

Корреспондент: Я думаю, что-то у тебя есть в твоём творческом кармане, вытащи козырь?

 

Малёнкин: Хочу попробовать себя в стилистике уникальной группы «Даха Браха». Закрой глаза. Представь — это перкуссия и голос!

 

Корреспондент: Закрыл. Это мистика, но я уже чувствую, что к осени сложится новая программа! Я желаю тебе и всей группе удачи!

 

Малёнкин: Спасибо! Чем сложней наш проект, тем он интересней. Всё сдюжим!

 

Корреспондент: Спасибо тебе за этот разговор. Он – продолжение беседы с твоей супругой Оксаной. Потом наступит очередь Олега Васильева, основателя и вдохновителя группы «Колокол». Будем дальше открывать тайны творчества вашей удивительной команды.

 

С вами был Павел Шебанков (за Корреспондента),